10.08.2020

Выразительные средства ораторской речи

Сделать речь яркой и выразительной оратору помогают специальные художественные приёмы, изобретательные и выразительные средства языка, традиционно называемые тропами и фигурами, а также пословицы, поговорки, фразеологические выражения, крылатые слова.

Тропы (греч. “поворот”) – это обороты речи, в которых слово или выражение употреблено в переносном значении в целях достижения большей речевой выразительности. В основе тропа лежит сопоставление двух понятий, которые представляются нашему сознанию близкими в каком-либо отношении. Наиболее распространёнными видами тропа являются сравнения, эпитеты, метафоры, метонимии, гиперболы, аллегории, олицетворения, перифразы, синекдохи. Они делают речь оратора зримой, осязаемой, конкретной. А это помогает лучше воспринимать речь – наш слух оказывается как бы зримым.

Метафора (греч. “перенос”) – это слово или выражение, употреблённое в переносном значении на основе сходства или контраста в каком-либо отношении двух предметов или явлений. Метафора образуются по принципу олицетворения (вода бежит), овеществления (стальные нервы), отвлечения (поле деятельности) и т.д.

Метафоры должны быть оригинальными, необычными, вызывать эмоциональные ассоциации, помогать представить событие или явление. Вот, к примеру, какие метафоры использовал в напутственном слове первокурсникам выдающийся физиолог академик А.А.Ухтомский: “Ежегодно всё новые волны молодёжи приходят с разных концов в университет на смену предшественникам. Какой мощный ветер гонит сюда эти волны, мы начинаем понимать, вспоминая о горестях и лишениях, которые приходилось испытывать, пробивая преграды к этим заветным стенам. С силою инстинкта устремляется молодёжь сюда. Инстинкт этот – стремление знать, знать всё больше и глубже.”

Качество ораторской речи может снизить однообразие метафор, использование шаблонных метафор, потерявших свою выразительность и эмоциональность, также чрезмерное изобилие метафор.

Метонимия (греч. “переименование”) в отличие от метафоры основана на смежности. Если при метафоре два одинаково называемых предмета, явления должны быть чем-то похожи друг на друга, то при метонимии два предмета, явления получившие одно название, должны быть смежными. Слово смежные в этом случае следует понимать как тесно связанные друг с другом.

У К.М.Симонова в одном из стихотворений читаем: “И зал встаёт, и зал поёт, и в зале дышится легко”. В первом и во втором случае слово зал означает людей, в третьем – “помещение”. Примерами метонимии являются употребление слов аудитория, класс, школа, квартира, дом, завод для обозначения людей.

Словом можно называть материал и изделие из этого материала (золото, серебро, бронза, фарфор, чугун). Спортивные комментаторы часто используют этот приём: “Золото и серебро получили наши спортсмены, бронза досталась французам”.

Синекдоха (греч. “соотнесение”) – троп, сущность которого заключается в том, что называется часть вместо целого, используется единственное число вместо множественного или, наоборот, целое – вместо части, множественное число – вместо единственного.

Примером применения синекдохи служат образные слова М.А.Шолохова о характере русского человека. Употребляя слово человек и собственное имя Иван писатель подразумевает весь народ: “Символический русский Иван – это вот что: человек, одетый в серую шинель, который, не задумываясь, отдавал последний кусок хлеба и фронтовые тридцать граммов сахару осиротевшему в грозные дни войны ребёнку, человек, который своим телом самоотверженно прикрывал товарища, спасая его от неминуемой гибели, человек, который, стиснув зубы, переносил и перенесёт все лишения и невзгоды, идя на подвиг во имя Родины”.

Синекдоха может стать одним из средств юмора. Убедительно использовал её для достижения этой цели А.П.Чехов. В одном из его рассказов говорится о музыкантах: один из них играл на контрабасе, другой – на флейте. “Контрабас пил чай вприкуску, а флейта спала с огнём, контрабас без огня”.

Эпитет (греч. “приложенное”) – это образное определение явления, предмета; это – слово, определяющее какие-либо качества, его свойства или признаки. В то же время признак, выраженный эпитетом, как бы присоединяется к предмету, обогащая его в смысловом и эмоциональном отношении.

Законченной и общепринятой теории эпитета пока не существует. В научной литературе обычно выделяют три типа эпитетов: общеязыковые (постоянно употребляются в литературном языке, имеют устойчивые связи с определяемым словом: трескучий мороз, тихий вечер); народно-поэтические (употребляются в устном народном творчестве: красная девица, серый волк, добрый молодец); индивидуально-авторские (созданы авторами: мармеладное настроение (А.П.Чехов), чурбанное равнодушие (Д.Писарев)).

Гипербола (греч. “преувеличение”) – образное выражение , содержащее непомерное преувеличение размера, силы, значения и т.д. какого-либо предмета, явления. Гиперболой охотно пользовались многие известные авторы. Так, у Н.В.Гоголя: “У Ивана Никифоровича… шаровары в таких широких складках, что если бы раздуть их, то в них можно бы поместить весь двор с амбарами и строением”.

Противоположная гиперболе стилистическая фигура это – литота (греч.”простота, малость, умеренность”). Это – образное выражение, оборот, в котором содержится преднамеренное преуменьшение величины, силы, значения изображаемого предмета или явления. Литота встречается в народных сказках: “мальчик с пальчик”, “Дюймовочка”, “избушка на курьих ножках”. И, конечно, сразу вспоминается некрасовский “мужичок с ноготок”.

Оратору следует разумно использовать гиперболу и литоту. Они не рождаются экспромтом. Лучше использовать хорошие примеры из художественных произведений, приспосабливая их к теме выступления.

Аллегория (греч. “иносказание”) – это приём или тип образности, основой которого служит иносказание – запечатление умозрительной идеи в конкретном жизненном образе.

Многие аллегорические образы пришли к нам в речь из греческой или римской мифологии: Марс – аллегория войны, Фемида – аллегория правосудия; змея, обвивающая чашу, служит символом медицины. Особенно активно этот приём используется в баснях и сказках: хитрость показывается в образе лисы, жадность – в обличии волка, коварство – в виде змеи, глупость – в виде осла и т.п.

В сознании слушателей все притчевые образы, знакомые с самого детства, -это аллегории-олицетворения; они настолько прочно закрепились в нашем сознании, что воспринимаются как живые.

Олицетворения – это особый вид метафоры-иносказания – перенесение черт живого существа на неодушевлённые предметы и явления.

Олицетворения – тропы очень давние, своими корнями уходящие в языческую старину и потому занимающие столь важное место в мифологии и фольклоре. Лиса и Волк, Заяц и Медведь, былинные Змей Горыныч и Идолище Поганое – все эти и другие фантастические и зоологические персонажи сказок и былин знакомы нам с раннего детства.

На олицетворении строится один из самых близких к фольклору литературных жанров – басня.

Без олицетворения и сегодня немыслимо представить художественные произведения, без них немыслима наша повседневная речь.

Образная речь не только наглядно представляет мысль. Её достоинство и в том, что она короче. Вместо того, чтобы подробно описывать предмет, мы можем его сравнить с уже известным предметом.

Нельзя представить поэтическую речь без использования этого приёма:

“Буря мглою небо кроет
Вихри снежные крутя,
То, как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя.” (А.С. Пушкин)

Сравнения – это сопоставление двух явлений, что бы пояснить одно из них при помощи другого, уподобление одного предмета другому на основании общего у них признака.

Мастерски “строит” сравнения М.Ю.Лермонтов в романе “Герой нашего времени” : “Воздух чист и свеж, как поцелуй ребёнка”, “Я возвратился в Кисловодск в пять часов утра, бросился в постель и заснул сном Наполеона после Ватерлоо”.

Это – метафорические сравнения; в них – элемент яркой неожиданности, они сразу же заставляют слушателей обращать на себя внимание. Используя сравнения, оратор должен использовать не вообще любые из низ, а такие, которые поясняли бы его мысль выразительным, свежим, но понятным слушателю образом.

Перифраз (греч. “окольный оборот”) – это стилистический приём, стоящий в непрямом описательном обозначении предмета, понятия, явления путём подчёркиваеия какой-либо его стороны, качества, существенных в данном контексте, ситуации. До сих пор у отечественных исследователей нет единого взгляда на то, что считать перифразом и парафразом. Иногда в состав перифразов включаются все фразеологизмы, устойчивые словосочетания, крылатые выражения и индивидуально-авторские образования.

Использование перифрастики можно считать традиционным в русской поэтике: наши поэты во все времена вктивно используют её. У А.С. Пушкина, например, перифразы выступают в виде кратких, но выразительных характеристик: в “Полтаве” петровский вельможа Меньшиков не назван по имени, но читатель сразу же узнаёт его в перифразе: “И счастья баловень безродный, полудержавный властелин”; а Петербург в “Медном Всаднике” видится через перифраз как: “Юный град, полночных стран краса и диво”.

Следующий фрагмент из романа Л. Леонова “Скутаревский” изобилует перифразами: “Высоко на шкафу стояли в тесноте серые от пыли гипсы – грек с вытекшим глазом, поэт со знаменитыми бакенбардами, лысая французская старуха, как зло изобразил её Гудон, музыкант со стихийным лбом, распахнутым , как мишень, чудесный флорентиец, воспевший ад, окрестности любви, рядом с тем мантуанцем, которого избрал себе в путеводители, – и ещё казалось, будто одному из них, умершему в самый год своего рождения, творцу богов, пророков и сивилл, всё шепчет на ухо проницательный бородач из Пизы, что вот обшарил космос и, отыскав закон, нигде не нашёл бога”.

И хотя по имени никто здесь не назван, но перифразы-характеристики настолько точны и “зримы”, что читатель без особого труда узнаёт в “гипсах” Гомера с Пушкиным, Вольтера с Чайковским, Данте с Вергилием и Галилея.