29.09.2020

Статья в журнале “Русский язык в школе”. 05’2013.

Предлагаемая вашему вниманию статья была напечатана в мае 2013 года в журнале “Русский язык в школе”. Идея была предложена методистом Статград, автором пособий по русскому языку Андреем Кузнецовым. Текст был написан мной в соавторстве и одним из главных спикеров Форума Rus-Exam.ru, к.ф.н. Таисией Максимович. Статья на этапе подготовки детально обсуждалась на сайте, по сути, это плод коллективного экспертного творчества. Обсуждение на Форуме можно посмотреть здесь. Я хочу еще раз поблагодарить всех, кто внес свой вклад в эту работу. Задание ЕГЭ А6, “алгоритмы” к которому разбираются в статье, с 2015 года не используется на госэкзамене. Однако основная тема остается вполне злободневной: к чему на практике приводит отсутствие четкой и прозрачной теоретической базы при разработке заданий ЕГЭ.

Оригинал Файл PDF 

Ниже приводится текст статьи.


Авторы: 
П.Г. Чернов, руководитель проекта Rus-Exam.ru
Т.И. Максимович, кандидат филол. наук
Москва
Источник:
журнал “Русский язык в школе” : научно-методический журнал : 2013 г. – №5 . C. 47-52. ISSN 0131-6141

Задание А6. Легенды и мифы о сотворении причастия

Авторы анализируют причины ошибок в алгоритмах выполнения задания А6 в ЕГЭ и предлагают свой вариант последовательности действий.

Ключевые слова: ЕГЗ; задание Аб; алгоритм; синтаксические синонимы; причастие; трансформация.

Часто ЕГЭ обвиняют в том, что он вынуждает педагогов не столько обучать предмету, сколько натаскивать учащихся. И это обоснованный упрек. Теоретическая база, стоящая за многими заданиями, настолько противоречива и размыта, что учителю проще выдать старшеклассникам некий «алгоритм», чем пытаться объяснить, почему тот или иной ответ является правильным или ошибочным.

В создании алгоритмов, построенных на чисто формальных предписаниях, многие методисты и учителя видят один из путей эффективной подготовки к экзамену. К сожалению, зачастую определение логических действий выходит за рамки самого алгоритма, и их понимание является для учащихся весьма нетривиальной задачей. Большинство предлагаемых в учебной литературе способов выполнения того или иного задания просто не работают без привлечения дополнительных знаний. Но есть и такие, которые внешне выглядят очень просто, но приводят к ошибке на экзамене, поскольку искажают суть реальных языковых явлений. Ярким примером может служить та «мифология», которая сложилась вокруг задания А6 ЕГЭ по русскому языку.

Слишком сложно? Упростим!

Задание А6 (в более ранних версиях ЕГЭ оно значилось под номерами А28 и А26) не принадлежит к числу самых сложных. Задача ставится, в общем-то, простая: из четырех предложений надо найти одно, в котором придаточное определительное нельзя заменить обособленным определением, выраженным причастным оборотом. В первые годы после появления этого задания в структуре КИМов (2006-2007 гг.) процент правильных ответов был невысок, но к 2012 г. он вырос до 79%. Однако едва ли стоит радоваться этой положительной динамике, так как за минувшие годы уменьшилась типологическая база предлагаемых вариантов, которые стали вписываться в созданные за это же время списки формальных ограничений, якобы препятствующих трансформации. Многие экзаменуемые сегодня слепо полагаются на такие списки: заучив основанные на них «алгоритмы», они даже не пытаются осуществлять трансформацию каждого предложения. Например, увидев в главном предложении местоимение тот или предлог перед союзным словом в придаточном, выпускники, не задумываясь, ставят «галочку» в ответах.

Эта ситуация, впрочем, характерна не только для задания А6. Мы все больше приходим к новой образовательной модели: ученики зубрят «правила», которые неточно, а то и неверно трактуют языковые явления, а составители ЕГЭ добросовестно готовят тесты, которые в эти правила вписываются. То есть выпускники вынуждены изучать «версию» русского языка, редуцированную до набора тренировочных тестов. Однако загнать джинна (т. е. язык) в бутылку весьма проблематично, и на примере здания А6 мы наблюдаем, что некоторые пункты списков формальных ограничений, созданных авторами различных пособий, порой опровергаются их же собственными вариантами тренировочных заданий. А сами такие списки во многом противоречат друг другу.

На фоне Шишкина снимается семейство

Мифов на тему задания А6 родилось очень много – больше десятка. Самый широко распространенный из них находит свое отражение из года в год с небольшими вариациями в аналитических отчетах ФИПИ об итогах экзамена. В наиболее законченном виде миф пред- ставлен в «каноническом» Федеральном банке экзаменационных материалов 2009 г.: «Невозможен трансформационный анализ. таких СПП, где субъект предикативного центра (грамматической основы) главного предложения не равен субъекту предикативного центра (грамматической основы) придаточной части (…этюды Шишкина, над которыми  он  увлеченно  трудился…)» [1]. Очевидно, имеется в виду, что невозможен не трансформационный анализа, а сама трансформация.

В процитированной формулировке имеется логический сбой: хотя речь идет о грамматическом субъекте, но фактически имеется в виду стоящая за ним внеязыковая реальность – «производитель» действия. Между тем грамматические субъекты предикативного центра главного и придаточного предложений вообще не могут совпадать, хотя они и могут указывать на одно и то же лицо или предмет. На самом деле такие предложения, как в примере про этюды Шишкина, прекрасно переделываются, если союзное слово поставить в форму В.п. При трансформации просто нужно использовать страдательное причастие: …этюды Шишкина, которые Русский музей привез в Париж… …привезенные Русским музеем в Париж…

Интересно, что примеры предложений, опровергающих тезис ФИПИ, могут быть взяты даже из сборников с грифом самого ФИПИ: «Благодаря своей цепкой памяти на лица Александров мог вспомнить любого человека, которого когда-то видел» [2]. Или: «Самые простые вещи, которые он использует, становятся в его рассказах поэтическими образами» [Там же]. В ряде «независимых» пособий аналогичный тезис выражен иначе: авторы указывают, что замена невозможна, если «союзное слово. в придаточном определительном предложении обозначает объект, на который направлено действие» [З], или что «причастным оборотом придаточную часть сложноподчиненного предложения  можно заменить только в том случае, если союзное слово выполняет роль  подлежащего» [Там же]. Такие формулировки более корректны, но сам тезис от этого не становится верным.

Ужель та самая Татьяна…

В аналитических отчетах ФИПИ из года в год повторяется: «Ошибки при выборе правильного ответа возникали. при анализе конструкций, включающих в главной части сложноподчиненного предложения коррелят (указательное слово). В этом случае синонимическая замена придаточной части сложноподчиненного предложения причастным оборотом невозможна» [4]. В «Оптимальном банке заданий», выпущенном в этом учебном году под грифом МИОО, говорится: «Нельзя заменить обособленным определением, выраженным причастным оборотом, придаточное определительное, если в главной части сложноподчиненного предложения имеется указательное местоимение (такая, такой, такое, такие, тот, та, то, те)» [5]. Однако верно ли мнение, что наличие указательных местоимений в главной части препятствует замене? Разумеется, нет. Это можно опровергнуть, в том числе, примерами, взятыми из сборников тренировочных тестов. Например, таким: «Тем сказочным королевством управлял глупый король, который считал себя умным человеком» [6]. Это предложение прекрасно переделывается, поскольку референт указательного местоимения (существительное королевством) не является опорным словом для придаточного. И такой пример нельзя считать «ловушкой», хотя очень многие школьники, начитавшиеся «алгоритмов» к заданию А6, ошибочно записали бы номер этого предложения в бланк ответов, решив, что изменить его невозможно.

Не стоит также забывать, что слово тот может использоваться в анафорической функции, т. е. служить для ретроспективной отсылки к предыдущему фрагменту текста, либо оно может означать «тот же самый». Однако в демоверсиях ЕГЭ и в тренировочных тестах, разработанных ФИПИ, все предложения с указательными местоимениями в главной части являются дистракторами, т. е. их трансформация невозможна. Это создает у учащихся иллюзию безопасности при выборе любых подобных предложений в качестве ответа.

Огласите весь списочек, пожалуйста!

В одной статье невозможно подробно разобрать всю мифологию задания А6 и проследить истоки всех ошибок. Но перечислить основные сюжеты этой методологической одиссеи – задача вполне выполнимая. Синонимичность и нормативность некоторых синтаксических конструкций, предлагаемых в качестве опровержения каждого мифа (особенно первого из них), может считаться спорной, но в данном случае, вероятно, нужно исходить из «презумпции невиновности» экзаменуемого, осуществившего транс- формацию, для которой нет однозначного грамматического запрета.

Миф №1. Замена невозможна, если глагол в придаточной части стоит в будущем времени: который придет…

Опровержение: Ученик, который завтра не сделает в контрольной ни одной ошибки, получит пятерку в четверти. Ученик, не сделавший завтра в контрольной ни одной ошибки, получит пятерку в четверти.

Миф №2. Замена невозможна, если придаточная часть является безличным предложением.

Опровержение: Перед ним лежал сибирский тракт, который полностью занесло пургой. Перед ним лежал сибирский тракт, полностью занесенный пургой.

Миф №3. Замена невозможна, если в главной части сложноподчиненного предложения есть указательное слово (тот, того и т.д.).

Опровержение: Та высокая, в человеческий рост, трава, которую уже к июню высушил степной ветер, так и осталась нескошенной. Та высокая, в человеческий рост, трава, уже к июню высушенная степным ветром, так и осталась нескошенной.

Миф №4. Замена невозможна, если союзное слово который употреблено с различными предлогами.

Опровержение: Клад, про который (или о котором) все давно забыли, преспокойно лежал под развесистой секвойей. Клад, давно забытый всеми, преспокойно лежал под развесистой секвойей.

Миф №5. Замена невозможна, если субъекты (производители действия) в главном и придаточном предложениях не равны друг другу.

Опровержение: На столе лежал конверт, который утром доставил почтальон. На столе лежал конверт, утром доставленный почтальоном.

Миф №6. Замена невозможна, если союзное слово который стоит в любом падеже, кроме именительного и винительного без предлога.

Опровержение: Россия – это государство, которым (Т.п.) управляет народ. Россия – это государство, управляемое народом.

Приведенный выше перечень охватывает только некоторые пункты «алгоритмов», взятых нами из печатных источников. В Интернете встречаются еще более сомнительные идеи. Странно, но почти никто из авторов при этом не говорит о возможности трансформации предложений, в которых союзное слово в родительном падеже стоит при глаголе с отрицанием. Едва ли не единственный, кто это «заметил», – А. Г. Нарушевич, который иллюстрирует данную модель трансформации таким примером: «Солнце, которого еще не скрыли тучи, казалось большим и ясным. Солнце, еще не скрытое тучами…» [7]. Удивительно, что почти никто из авторов пособий не замечает единственный случай, который дает стопроцентную гарантию невозможности трансформации – наличие перед союзным словом существительного или целого словосочетания с существительным: Профессор, помятый пиджак которого висел на стуле… На это ограничение, правда, обратили внимание Г. П. Журбина и Н. В. Мелькумянц.

Не формой единой

Вообще желание создать исчерпывающий список формальных ограничений, препятствующих трансформации, закономерно: в условиях отсутствия четкого понимания границ синтаксической синонимии подобный перечень ставит авторитарный заслон для излишне «творческих» вариантов замены. На основе списков создаются алгоритмы, с помощью которых можно последовательно проверить предложения по каждому пункту. Например, в «Оптимальным банке заданий…», выпущенным в этом учебном году под грифом МИОО, предлагается сначала выяснить, нет ли перед словом который предлога, затем проверить, не в условном ли наклонении стоит глагол в придаточном, затем проверить, не в будущем ли он времени и т. д. [5].

Но есть одна небольшая проблема: алгоритм, основанный на чисто формальных признаках, к заданию А6 создать технически невозможно. То есть создать-то можно, только он будет приводить к ошибкам. Причин множество. Прежде всего, существует огромное количество глаголов с неполной парадигмой причастных форм. Например, есть слово найденный, но нет слова *ищенный. И звенья таких парадигм выпадают вовсе не по формальным причинам, а просто потому, что отдельные формы психологически отторгаются носителем языка.

Даже составители КИМов, совместно выпускающие пособия по ЕГЭ, не могут договориться, что следует считать допустимым при трансформации. Больше всего разногласий связано с падежами союзного слова. Так, большинство экспертов полагают, что замена невозможна, если союзное слово стоит «в любом падеже, кроме именительного падежа и винительного без предлога» [8]. Другие возражают, что слово который также может стоять в родительном и предложном падеже [9]. Кто прав? В двух словах не объяснишь, все зависит от того, что именно можно считать адекватной заменой.

И все-таки… алгоритм

На самом деле, алгоритм существует и он предельно прост. Сразу отмечаем, что при трансформации запрещено использовать причастия условного наклонения (*сумевший бы) и будущего времени (*напишущий). Дальше, собственно, следует сам алгоритм, который можно разобрать на простом примере: На столе лежал конверт, который принес почтальон.

  1. Находим придаточное определительное (в нем имеется слово который / что / какой в любой форме), перед ним стоит запятая. Дальше находим в придаточном глагол. А в главном предложении ищем опорное слово, связанное по смыслу с союзным словом (это подлежащее или дополнение). В данном примере опорное слово – конверт.
  2. Отбрасываем союзное слово, а глагол превращаем в причастие. Все глагольные признаки оно заимствует от исходного глагола, а падеж – от «опорного» слова в главной части (не от союзного слова!). Если в придаточном союзное слово не является подлежащим, то причастие должно быть страдательным. Производим замену: На столе лежал конверт, принесенный почтальоном.
  3. Находим предложение, в котором замена невозможна или результат нарушает общий смысл. Убеждаемся, что такое предложение из четырех только одно. Записываем его номер в бланк ответа. Конец алгоритма.

Затем данный алгоритм отрабатывается на примерах. Объяснение формальных причин невозможности трансформации является второстепенным. Учитель должен обращаться прежде всего к речевой эрудиции и языковому чутью учащихся.

Тяжело в учении!

Впрочем, главной проблемой на сегодня является не алгоритм для учащихся, а инструкция для создателей тестов. Ее, разумеется, нет, из-за чего возникает ненужный плюрализм мнений о границах синтаксической синонимии и о том, какие элементы можно включать в задание. Вот лишь несколько ярких приме ров из сборников тренировочных заданий. «Помню, я открыл книгу, стоя около киоска, где я ее купил» [10]. Трансформация этого предложения, конечно, невозможна, но исключительно из-за союзного слова где. Еще один пример такого рода: «Касьян быстро закрыл глаза, когда услышал выстрел» [11]. Та же история. Вообще из всех многочисленных союзных слов и союзов, с помощью которых может присоединяться придаточное определительное, в задании А6 следует использовать только три, которые в принципе допускают трансформацию придаточного в согласованное определение: который, что, какой.

Некоторые авторы забывают, что причастие можно «сделать» только из глагола, но не из наречия и не из краткого прилагательного, входящего в составное именное сказуемое. Так, предложение: «Жорж Кювье, который известен как великий натуралист XIX века, не верил в эволюцию животного мира» входит в число тех, в которых, по мнению составителей тестов, трансформация возможна [12]. В сборнике ФИПИ 2012 г. представлены предложения, в которых сказуемое в придаточной части выражено не личной формой глагола, а аналитической формой страдательного причастия: «С 1923 года В.В. Алехин руководил в МГУ кафедрой геоботаники, которая была создана по его личной инициативе» [2]. То есть фактически предлагается трансформировать причастие создана в причастие созданная.

Многие пособия грешат включением в число примеров составных именных сказуемых со словом быть, что также представляется не вполне корректным. При этом в других источниках уточняется, что «невозможно заменить причастным оборотом придаточное предложение с составным сказуе мым» [8]. Некоторые авторы конкретизируют эту мысль, отмечая невозможность трансформации именно составных глагольных сказуемых. Такие «правила» тоже можно от нести к числу мифов, поскольку составные глагольные сказуемые с модальными и фазисными глаголами (начал уставать) поддаются трансформации (начавший уставать), хотя статус некоторых причастий (например, могший) является спорным.

Время собирать камни

Задание А6 – это далеко не главное средоточие проблем ЕГЭ по русскому языку. Основная зона риска – задания группы В, особенно В1, В2 и ВЗ, в которых правильный ответ к некоторым вариантам может быть загадкой не толь- ко для выпускника школы, но и для филолога. Например, сегодня уже ни один учитель не знает, как квалифицировать связь в словосочетаниях с притяжательными местоимениями третьего лица (типа его лошадь) в задании ВЗ – как примыкание или как управление. В последнем сборнике тренировочных заданий ФИПИ в задании В2 выделяются неизменяемые притяжательные местоимения З-го лица (его, ее, их), но в задании ВЗ они неожиданно «превращаются» в формы личных местоимений, а включающие их словосочетания квалифицируются по типу связи как управление [1З]! И таких нестыковок, к сожалению, очень много.

Настало время помочь чиновникам от образования с постановкой задач. А главной задачей, вероятно, должно стать создание технических протоколов к каждому заданию ЕГЭ по русскому языку. Это помогло бы прояснить многие туманные вопросы, скопившиеся вокруг ЕГЭ по русскому языку, и освободить учащихся от оков неработающих «алгоритмов» и мифических «правил», искажающих реальные закономерности русского языка.

ИСТОЧНИКИ ЦИТИРОВАНИЯ

1.           ЕГЭ-2009. Русский язык. Федеральный банк экзаменационных материалов / Авторы-сост.: И. П. Цыбулько, В. И. Капинос, Л. И. Пучкова, А. Ю. Бисеров, Ю. Н. Гос- тева, В. В. Львов, И. Б. Маслова, Н. В. Соколова. – М.: Эксмо, 2009. – С. 331.

2.           ЕГЭ-2012. Русский язык: типовые экзаменационные варианты: 30 вариантов / Под ред. И. П. Цыбулько. – М.: Национальное образование, 2011. (ЕГЭ-2012. ФИПИ-школе). – С. 16, 33, 50, 59.

3.           Единый государственный экзамен: русский язык: контрольно-измерит. материалы: 2006-2007. – М.: Просвещение; СПб.: филиал изд-ва «Просвещение», 2007. – С. 80, 72.

4.           Итоговый аналитический отчет о результатах единого государственного экзамена 2012 года. Русский язык / И. П. Цыбулько, к.п.н. (руководитель), И. П. Васильевых, Ю. Н. Гостева, к.п.н., Н. В. Соколова. – ФГБНУ «ФИПИ», 2012 г. – С. 15.

5.           Оптимальный банк заданий для подготовки учащихся. ЕГЭ 2013. Русский язык. Ступени подготовки к успешной сдаче экзамена. Задания и алгоритмы их выполнения. МИОО. – Москва: Интеллект-Центр, 2013. – С. 66.

6.           ЕГЭ 2013. Русский язык. А1-А6 (языковые нормы). Рабочая тетрадь / Кузнецов А. Ю., Рубинская Г.П., Кузнецова Л. И. – М.: МЦМНО, 2013. – С. 61.

7.           Русский язык. Тематические тренинги для подготовки к ЕГЭ. 10-11 классы / А. Г. Нарушевич. – М.: Просвещение, 2011. – С. 69.

8.           Русский язык. ЕГЭ. Эффективная методика / Володавская Е.А., Пучкова Л. И., Сабынина О. И., Колесникова Е. В., Мамона Т. Н. – 4-е изд., перераб. – М.: «Экзамен», 2007. (Сер. «ЕГЭ. Репетитор»). – С. 135.

9.           Русский язык: ЕГЭ-2008: реальные задания / Авт.-сост.: А. Ю. Бисеров, Н. В. Соколова. ФИПИ – официальный разработчик контрольных измерительных материалов для единого государственного экзамена. – М.: Астрель, 2008. – С. 181-182.

10.         Сенина Н. А. Русский язык. Тематические тесты. Подготовка к ЕГЭ. Части А, В и С (модели сочинений). 10-11 классы: Учеб. пособие. – 3-е изд., испр. – Ростов н/Д: Легион, 2011. – С. 143.

11.         Русский язык: Сб. тестов / Г. Т. Егораева, С. Ю. Иванова. – М.: Изд-во «Экзамен», 2009. (Сер. «ЕГЭ. 100 баллов»). – С. 428.

12.         ЕГЭ 2012. Русский язык. 30 вариантов типовых тестовых заданий и подготовка к выполнению части 3 (С) / В. В. Львов, Г. Т. Егорьева, Л. И. Пучкова. – М.: Изд-во «Экзамен», 2012. – С. 266.

13.         ЕГЭ 2013. Русский язык. Типовые экзаменационные варианты. 30 вариантов. ФИПИ / Под ред. И. П. Цыбулько. – М., 2012 (см. вариант 28, с. 246).

Петр Чернов

Петр Чернов

Руководитель проекта Rus-Exam.ru

Посмотреть все записи автора Петр Чернов →